Отличие защитника от адвоката

Об оформлении полномочий адвоката в гражданском процессе

Ранее каких-либо проблем, связанных с представлением интересов клиентов по ордеру у меня не возникало. Представив ордер в суде общей юрисдикции, я мог осуществлять все процессуальные действия за исключением тех, которые должны быть специально оговорены в доверенности.

Однако недавно я приехал в Верховный Суд РФ для ознакомления с материалами дела, но не был допущен по ордеру. Специалист проконсультировалась с судьей и отказала мне, заявив, что в силу ч.

Отличие защитника от адвоката и их полномочия

Привлеченный к уголовной ответственности человек имеет право на защитника, но им не обязательно должен быть адвокат. Отличие защитника от заключается в том, что защитником может быть и адвокат . и лицо с юридическим образованием, не являющееся адвокатом. Закон разрешает в качестве защитника выступать также родственникам обвиняемого, если на это будет получено добро от суда.

В законе оговаривается, что для роли защитника родственник обвиняемого не обязан иметь юридическое образование и опыт работы в сфере защиты подсудимых.

Полномочии юриста

Термин «адвокат» происходит от латинского слова «advocare» — призывать на помощь. Под определением «адвокат» (лат. advocatus) всегда понимался юрист, оказывающий профессиональную правовую помощь посредством консультаций, защиты обвиняемого на суде и т.д.

Адвокат — это лицо, получившее статус и право осуществлять адвокатскую деятельность. При этом порядок получения статуса должен соответствовать Федеральному закону об адвокатской деятельности и адвокатуре.

Адвокат является независимым советником по правовым вопросам.

Полномочия адвокатов

Понятие и общая характеристика деятельности адвоката. Рассмотрение полномочий адвоката в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве; представитель доверителя в уголовном процессе. Реальность и перспективы развития полномочий.

Правовые основы деятельности в уголовном судопроизводстве, его вступление в деятельность и условия отказа от нее. Полномочия адвоката, участвующего в уголовном судопроизводстве, степень его участия на всех этапах рассмотрения уголовного дела.

Особенности деятельности адвоката в конституционном разбирательстве.

Полномочия юриста

Посетители юридической консультации задали 14 вопросов по теме «». В среднем ответ на вопрос появляется через 15 минут, а на -вопрос мы даём гарантию минимум двух ответов, которые начнут поступать уже в течение 5 минут!

Здравствуйте! подскажите, пожалуйста, имеет ли возможность юрист, на которого оформлена доверенность с максимальными полномочиями без права получения присуждаемого имущества и денежных средств, действовать 08.11.2012

Могу ли ограничить полномочия юриста в доверенности, в частности указать совершать все операции,связанные с исполнительным производством, кроме заключения мирового соглашения и отзыва исполнительного 11.04.2015

Может ли юрист (не адвокат, не близкий родственник, не законный представитель) быть представителем потерпевшего в уголовном деле — на следствии и в суде? Какими документами необходимо подтвердить 15.06.2014

Права и обязанности адвоката

1. Полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

1) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, а также общественных объединений и иных организаций.

Правовой навигатор

защищает ваши интересы при рассмотрении гражданских, уголовных и административных и любых других дел. Соответственно, в разных отраслях права различны и полномочия адвоката.

В гражданском процессе именуется представителем. Полномочия адвоката в суде удостоверяются ордером или доверенностью. Ордер позволяет полноценно работать в суде, однако не дает возможности самостоятельно принимать некоторые важнейшие решения.

Юридические услуги: Полномочия адвоката

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» установлено:

является лицо, получившее в установленном вышеуказанным федеральным законом порядке статус и право осуществлять адвокатскую деятельность. Адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам.

ЗАЩИТНИК – ПОНЯТИЕ, СООТНОШЕНИЕ С ПОНЯТИЕМ «АДВОКАТ». 3

РОЛЬ ЗАЩИТНИКА В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ. 8

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.. 20

Умение дать грамотную юридическую консультацию или отстоять интересы подзащитного в суде – это целая наука, по-настоящему доступная лишь специалисту. Сложность и особенности гражданского и уголовного процесса, постоянные изменения и дополнения норм права послужили причиной специализации профессиональных адвокатов, в большинстве своем, по определенным группам и даже категориям дел: кто-то ведет уголовные дела, кто-то гражданские, кто-то арбитражные. Этим адвокаты добиваются наиболее благоприятного результата для своего клиента.

Надо заметить, что в последние годы законодательная база не только сильно изменилась, но и, с точки зрения адвокатов, усложнилась.

Теперь весь доказательный церемониал происходит в суде первой инстанции и это накладывает особую ответственность на стороны и представителей, поскольку, упустив представление какого-либо доказательства при рассмотрении дела судом первой инстанции, чрезвычайно трудно изменить что-либо в инстанциях последующих – кассационной и надзорной.

В отличие от ранее действовавшего положения о возможности представления дополнительных доказательств в кассационную и надзорную инстанцию, теперь дополнительные доказательства могут быть представлены в кассационную инстанцию в исключительных случаях, когда они не могли быть представлены в суд первой инстанции.

Между тем известно, что в 2002 г. Вступил в силу новый Закон об адвокатуре и адвокатской деятельности, который в корне изменил правовую природу адвокатуры – эта организация стала полностью независимой от государства, расширились права адвокатов, полностью изменилось структурно-организационное устройство адвокатских образований. Адвокат получил очень широкие процессуальные права, стал более значимой фигурой в уголовном, гражданском, арбитражном процессах, приобрел дополнительный вес в хозяйственной жизни юридических лиц, в защите прав и законных интересов российских граждан, а статус самой адвокатуры закреплен в новом законе как институт гражданского общества.

ЗАЩИТНИК – ПОНЯТИЕ, СООТНОШЕНИЕ С ПОНЯТИЕМ «АДВОКАТ»

Из анализа значений слов «адвокат» и «защитник» в толковых словарях современного русского литературного языка следует, что слово «адвокат» уже по сфере употребления, так как охватывает только деятельность профессиональных юристов. Слово «защитник» — шире и относится к деятельности любого лица, занимающегося защитой или представительством чьих-либо интересов в суде, судопроизводстве. Это нашло отражение в экспертном заключении, данном лингвистом Института русского языка им.В. В. Виноградова Российской Академии наук в ходе судебного заседания. Если взглянуть на рассматриваемое соотношение с точки зрения законодательства, получится следующее. Ранее действовавшим Положением об адвокатуре РСФСР от 20 ноября 1980 г. предусматривалось, что адвокат, выступая в качестве представителя или защитника, правомочен (ч.2 ст.15), оказывая юридическую помощь, участвовать на предварительном следствии и в суде по уголовным делам в качестве защитника, представителя потерпевших, гражданских истцов, гражданских ответчиков (ч.1 ст. 19). В соответствии с действующим в настоящее время Федеральным законом от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (п.5 ст.2) адвокат, оказывая юридическую помощь, участвует не только в качестве защитника, но и в качестве представителя доверителя в уголовном судопроизводстве. Если исходить из буквального толкования этой нормы, слово «адвокат» по сфере употребления шире слова «защитник», поскольку адвокат может быть еще и представителем. С точки зрения правил грамматического (языкового) толкования, «если законодатель с помощью легальной дефиниции или иным путем определил значение термина, то именно в этом смысле и следует его употреблять». В данном случае законодатель четко определил значение и соотношение понятий «адвокат» и «защитник», обозначив, что с его точки зрения понятие «адвокат» шире по сфере употребления понятия «защитник». Значит, в этом смысле его и следует употреблять. Слова «адвокат» и «защитник» являются синонимами и это, во-первых, отражено в словарях синонимов русского языка, во-вторых, вытекает из анализа рассматриваемых слов по словарю русского языка С.И. Ожегова, где адвокат — юрист, которому поручается защита чьих-нибудь интересов в суде, защитник, а защитник — то же, что адвокат. Согласно правилам законодательной техники основная задача синонима в нормативном тексте, в том числе и законодательном, — уточнение мысли нормоустановителя (законодателя). Синонимия как прием законодательной техники может использоваться как жесткое последовательное уточнение сказанного. Речь идет о случаях, когда синоним стоит вслед за уточняемым словом или выражением, как правило, в скобках. Это имеет непосредственное отношение к ст.48 Конституции РФ, где слово «защитник» стоит в скобках за словом «адвокат» и, соответственно, уточняет его. Из чего следует, что подозреваемые и обвиняемые вправе пользоваться помощью только адвоката, участвующего в качестве защитника на досудебном производстве. Отказ в допуске на досудебное производство других (кроме адвокатов) защитников является ограничением конституционного права самостоятельно выбирать защитника, предусмотренного ст.45 Конституции РФ, когда каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. В соответствии со ст.55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Допуск того или иного лица, даже если оно не является членом коллегии адвокатов, в качестве защитника по уголовному делу никоим образом не способен нанести вред названным ценностям. Допуск на досудебное производство только адвоката в качестве защитника установлен ст.48 Конституции РФ. В ст.55 речь идет о том, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом. Конституция РФ не относится к федеральному закону, кроме того, она выше по юридической силе в иерархии нормативных правовых актов. Поэтому применение к ст.48 Конституции РФ положений ее ст.55 неправомерно. Что же касается права выбора, то Конституция РФ и уголовно-процессуальное законодательство позволяют подозреваемому (обвиняемому) на досудебном производстве выбрать себе защитника среди адвокатов. Подлинные намерения авторов российского Основного закона в данном случае можно уяснить из материалов Конституционного совещания 1993 г., на котором разрабатывался и обсуждался проект ныне действующей Конституции РФ. В ходе Конституционного совещания неоднократно предпринимались попытки внести в проект нынешней ст.48 поправки, имевшие целью ограничить круг лиц, оказывающих юридическую помощь, только членами коллегии адвокатов. Все поправки были отклонены в связи с тем, что их принятие, как указывалось на Совещании, привело бы к созданию «закрытых профсоюзов» для адвокатов, лишающих практики тех, кто не вступил в коллегию, создающих монопольное право адвокатов оказывать юридическую помощь. При этом участники Конституционного совещания подчеркивали, что допуск на стадии предварительного следствия только представителей коллегии адвокатов существенно ущемляет права граждан, а представленный проект обсуждаемой статьи (позволявший допускать на этой стадии участие других лиц), напротив, отвечает принципу свободного выбора защитника. По мнению одного из представителей органов государственной власти субъектов Федерации на Совещании, главное, чтобы у человека при осуществлении его права на защиту был выбор независимого защитника по его убеждению. Не всегда существующие адвокатские структуры независимы от органов власти и поэтому принятие решения обратиться в коллегию адвокатов, в Союз юристов или к частному юристу, защитнику — это реализация в полной мере права гражданина на осуществление защиты.

Тем не менее, несмотря на все сомнения и аргументы, участие в качестве защитника только адвоката на досудебном производстве ныне признано правомерным и соответствующим положению ст.48 Конституции РФ в Постановлении КС РФ от 28 января 1997 г. N 2-П. Однако обсуждаемая норма (возможность допуска в качестве защитника обвиняемого по его просьбе лиц, не являющихся профессиональными адвокатами) может быть закреплена в отраслевом (уголовно-процессуальном) законодательстве (абз.4 п.2 Определения КС РФ от 10 апреля 2002 г. N 105-О). В таком случае «только законодатель вправе при условии обеспечения каждому обвиняемому (подозреваемому) права на получение квалифицированной юридической помощи и в интересах правосудия в целом предусмотреть возможность допуска в качестве защитников иных, помимо адвокатов, избранных самим обвиняемым лиц. » (абз.4 п.4 Постановления КС РФ N 2-П). В настоящее время возобладала позиция, сформулированная в п.3 Постановления КС РФ N 2-П: «участие в качестве защитника в ходе предварительного расследования дела любого лица по выбору подозреваемого или обвиняемого может привести к тому, что защитником окажется лицо, не обладающее необходимыми профессиональными навыками, что несовместимо с задачами правосудия и обязанностью государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь». Даже если предположить, что указанное выше условие будет выполнено в полном объеме (что в ближайшее время маловероятно), потребуется внесение изменений не в отраслевое (уголовно-процессуальное) законодательство, а в ст.48 Конституции РФ. И это закономерно, поскольку именно в этой статье четко определен субъект оказания квалифицированной юридической помощи — только адвокат, выступающий в качестве защитника подозреваемого (обвиняемого). Для иного же распространительного (расширительного) толкования положений ст.48 Конституции РФ по субъектам оказания квалифицированной юридической помощи на досудебном производстве нет оснований, поскольку «применительно к подозреваемым и обвиняемым Конституция РФ связывает реализацию права на получение квалифицированной юридической помощи именно с помощью адвоката. Данный подход нашел свое закрепление в ст.49 УПК РФ, устанавливающей, что в качестве защитников — лиц, осуществляющих защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающих им юридическую помощь при производстве по уголовному делу, допускаются адвокаты» (абз.3 п.2 Определения КС РФ от 5 декабря 2003 г. N 446-О). Чтобы произвести изменения в ст.49 УПК РФ, необходимо сначала внести изменения в положения ст.48 Конституции РФ. Это можно будет сделать, только пересмотрев сам Основной закон, разработав и приняв проект новой Конституции РФ в порядке особой процедуры, предусмотренной ее ст.135. На это, безусловно, никто сегодня не пойдет. Да и время принятия новой Конституции РФ еще не наступило. А раз нет изменений в Конституции РФ, значит, нет изменений и в УПК РФ. Таким образом, возможность допуска в качестве защитников иных, помимо адвокатов, избранных самим обвиняемым лиц или, иначе, лиц, не являющихся профессиональными адвокатами, при условии обеспечения каждому обвиняемому (подозреваемому) права на получение квалифицированной юридической помощи и в интересах правосудия в целом путем изменений в законодательстве пока носит декларативный характер. Хотя со временем, возможно, ситуация изменится. Как следует из абз.3 п.3 Определения КС РФ от 5 февраля 2004 г. N 25-О, «согласно статье 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждому гражданину гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В части 2 той же статьи указывается, что каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника). Таким образом, Конституция Российской Федерации гарантирует право на получение квалифицированной юридической помощи в лице адвоката для подозреваемых и обвиняемых, а не для иных участников уголовного судопроизводства, что нашло свое закрепление в статье 49 УПК Российской Федерации, согласно которой защитник — лицо, осуществляющее в установленном данным Кодексом порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу; в качестве защитников допускаются адвокаты».

Участие адвоката в уголовном процессеТекст научной статьи по специальности «Государство и право

Исследуются вопросы участия адвоката в уголовном судопроизводстве. Разграничиваются понятия «адвокат » и «защитник ». Определяется процессуальное положение защитника как адвоката. защищающего подозреваемого или обвиняемого; статус адвоката как представителя потерпевшего, гражданского истца или ответчика; полномочия адвоката.

представляющего интересы свидетеля, лица, у которого производится обыск, обвиняемого в дополнительных производствах .

Исследуются вопросы участия адвоката в уголовном судопроизводстве. Разграничиваются понятия «адвокат» и «защитник».

Определяется процессуальное положение защитника как адвоката, защищающего подозреваемого или обвиняемого; статус адвоката как представителя потерпевшего, гражданского истца или ответчика; полномочия адвоката, представляющего интересы свидетеля, лица, у которого производится обыск, обвиняемого в дополнительных производствах. Ключевые слова: уголовный процесс, адвокат, защитник, представитель, адвокат осужденного или свидетеля, дополнительное производство, уголовное преследование, исполнение приговора.

В соответствии с Федеральным законом

«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

адвокатом является лицо, внесенное в реестр адвокатов, который ведется на территории каждого субъекта РФ Территориальным органом федерального органа исполнительной власти в области юстиции. Иностранные граждане и лица без гражданства, получившие статус адвоката в порядке, установленном Федеральном законом

«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

, допускаются к осуществлению адвокатской деятельности на всей территории Российской Федерации в случае, если иное не предусмотрено Федеральным законом (ч.ч. 5, 6 ст. 9 Федерального закона

«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

Адвокаты иностранного государства могут оказывать юридическую помощь на территории Российской Федерации по вопросам права данного иностранного государства.

Адвокаты иностранных государств не допускаются к оказанию юридической помощи на территории Российской Федерации по вопросам, связанным с государственной тайной Российской Федерации. Адвокаты иностранных государств, осуществляющие деятельность на территории Российской Федерации, регистрируются федеральным органом исполнительной власти в области юстиции в специальном реестре, порядок ведения которого определяется Правительством Российской Федерации. Без регистрации в указанном реестре осуществление адвокатской деятельности адвокатами иностранных государств на территории Российской Федерации запрещается (ч.ч.

5, 6 ст. 2 Федерального закона

«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

К сожалению, в уголовно-процессуальной литературе понятия «адвокат» и «защитник» нередко смешиваются или вовсе отождествляются. Предпосылкой этому послужило известное Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2000 г.

№ 11-П (тогда еще действовал УПК РСФСР) [1, c.

13-15] и развитие изложенных в нем пояснений в последующих изменениях УПК РФ, о чем будет сказано ниже. Адвокат, осуществляющий функцию защиты прав и интересов потерпевшего или гражданского истца, именуется в УПК представителем и является участником процесса со стороны обвинения.

Адвокат, осуществляющий функцию защиты прав свидетеля или лица, у которого производится обыск, так и именуется в УПК — адвокатом (п. 6 ч. 4 ст. 66, ст. 189 УПК). Адвокат, приглашенный осужденным для оказания ему помощи в осуществлении прав при разрешении вопросов, связанных с исполнением приговора (дополнительные производства), именуются также адвокатом (ч.

4 ст. 399 УПК) [2]. Таким образом, любой адвокат в уголовном процессе отстаивает, защищает чьи-то права и интересы: либо подозреваемого, обвиняемого; либо потерпевшего, гражданского истца; либо свидетеля, либо осужденного.

Но защитником адвокат в уголовном процессе выступает только в том случае, когда он защищает права и интересы подозреваемого или обвиняемого. В этой связи следует констатировать, что «защита» в уголовно-процессуальном законодательстве РФ понимается в узком смысле: как защита от уголовного преследования.

Необходимость защиты появляется с началом уголовного преследования.

Нет уголовного преследования, нет и защиты. Прекращается уголовное преследование (обвинитель- Уголовное преследование не может существовать в абстракции, оно осуществляется всегда в отношении конкретного лица. Не может быть уголовного преследования до тех пор, пока в уголовном процессе не появился подозреваемый или обвиняемый.

Так же точно не может быть и защитника в уголовном процессе до тех пор, пока в него не вовлечено конкретное лицо в качестве подозреваемого или обвиняемого.

Таким образом, не следует смешивать понятия «адвокат» как лицо, наделённое статусом адвоката, и «адвокат» как участник уголовного процесса. Наделённое процессуальным статусом адвоката лицо становится участником уголовного процесса по конкретному делу (в качестве защитника, представителя, адвоката) лишь после того, как оно допущено к участию в деле и его уголовно-процессуальной статус не равнозначен, а зависит от того, чьи именно интересы в уголовном судопроизводстве по конкретному делу представляет (защищает) адвокат.

К сожалению, в УПК РФ в ряде случаев понятия «адвокат» и «защитник» используются как равнозначные [3, с.

20]. Впрочем, такая позиция законодателя обуславливается, как уже отмечалось ранее, известным Постановлением Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 г. № 11-П. В п. 2 этого Постановления указывается, что: «Норма статьи 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации определенно указывает на сущностные признаки, характеризующие фактическое положение лица как нуждающегося в правовой помощи в силу того, что его конституционные права, прежде всего, на свободу и личную неприкосновенность, ограничены, в том числе в связи с уголовным преследованием в целях установления его виновности.

Поэтому конституционное право пользоваться помощью адвоката (защитника) возникает у конкретного лица с того момента, когда ограничение его прав становится реальным. По буквальному смыслу положений, закрепленных в ст.ст.

2, 45 и 48 Конституции Российской Федерации, право на получение юридической помощи адвоката гарантируется каждому лицу независимо от его формального процессуального статуса, в том числе от признания задержанным и подозреваемым, если управомоченными органами власти в отношении этого лица предприняты меры, которыми реально ограничиваются свобода и личная неприкосновенность, включая свободу передвижения, удержания официальными властями, принудительный привод или доставление в органы дознания и следствия, содержание в изоляции без каких-либо контактов, а также какие-либо иные действия, существенно ограничивающие свободу и личную неприкосновенность». В развитие этого положения в п.

3 Постановления утверждается, что:

«Поскольку конституционное право на помощь адвоката (защитника) не может быть ограничено федеральным законом, то применительно к его обеспечению понятия «задержанный»

, «обвиняемый», «предъявление обвинения» должны толковаться в их конституционноправовом, а не в придаваемом Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР более узком смысле. В целях реализации названного конституционного права необходимо учитывать не только формальное процессуальное, но и фактическое положение лица, в отношении которого осуществляется публичное преследование. При этом факт уголовного преследования и, следовательно, направленная против конкретного лица обвинительная деятельность могут подтверждаться актом о возбуждении в отношении данного лица уголовного дела, проведением в отношении него следственных действий (обыска, опознания, допроса и др.) и иными мерами, предпринимаемыми в целях его изобличения или свидетельствующими о наличии подозрений против него (в частности, разъяснением в соответствии со ст.

51 (ч. 1) Конституции Российской Федерации «права не давать показаний против самого себя»). 1. В уголовном судопроизводстве существуют четкие определения понятий каждого участника уголовного процесса.

Участник уголовного процесса становится таковым только после вынесения определенного процессуального акта.

Подозреваемым по действующему УПК РФ может считаться только тот, в отношении которого вынесено: Итак, понятие подозреваемого даже в УПК даётся чрезмерно широкое.

Если же стать на позицию Конституционного Суда, то это понятие расширится беспредельно. По мнению Конституционного Суда каждый, к кому применено процессуальное принуждение, должен считаться подозреваемым. Но уголовно-процессуальное принуждение может осуществляться в отношении лиц, вовсе не причастных к совершению преступления.

Обыск может проводиться у лиц, которые даже могут и не знать, что в их жилище без их ведома спрятаны, например, наркотики.

Свидетель может быть доставлен на допрос принудительно.

И тем самым ограничена свобода передвижения. И в первом, и во втором примере указанные лица вовсе не становятся подозреваемыми. Нужен ли им адвокат? Конечно, да.

Но именно адвокат, но не защитник. Ибо, повторяю, защитник может быть только у подозреваемого или обвиняемого, но не у свидетеля. «1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи.

В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно.

2. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения». Из текста этой статьи Конституции с очевидностью следует, что: 1) каждому, кому это требуется, гарантируется, в том числе и бесплатно, квалифицированная юридическая помощь; 2) помощь же защитника гарантируется только лицам, признанным подозреваемым или обвиняемым. Теперь обратимся к Уголовно-процессуальному кодексу РФ.

В соответствии с п. 3 ч. 3 ст.

40 УПК защитник допускается с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления. Пункт 15 ст. 5 УПК определяет момент фактического задержания моментом фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления.

Если лицо уже ранее поставлено в положение подозреваемого (например, в отношении него возбуждено уголовное дело), то тогда логика законодателя понятна: в этом случае фактическое задержание должно осуществляться в присутствии защитника.

Однако основания задержания, предусмотренные ст. 91 УПК, весьма широки. И даже из текстового анализа их перечня с очевидностью следует вывод: далеко не всякий, кто фактически задержан в порядке ст. 91 УПК, будет затем официально признан подозреваемым.

Практика свидетельствует о том, что многие их тех, кого доставляют в РОВД, затем отпускают как лиц, непричастных к совершению преступлений, и, естественно, протоколы задержания в отношении этих лиц не составляются. А если протокол задержания не составлялся, то может ли это лицо считаться подозреваемым?

Очевидно, что нет. Поэтому, считаю, что лицо становится подозреваемым не с момента фактического задержания, а с момента составления протокола задержания. А с момента фактического задержания должны исчисляться сроки, установленные ч.

2 ст. 46 и ст.ст. 92, 96, 108 УПК РФ. С момента появления подозреваемого как участника процесса, то есть с момента составления протокола задержания, и должен допускаться защитник подозреваемого. Изложенное выше вовсе не означает, что лица, фактически задержанные и доставленные в правоохранительные органы, лишаются конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи.

Всякий, к кому применено какое бы то ни было принуждение: будь то уголовно-процессуальное, административное и любое другое — имеет конституционное право на помощь адвоката, и адвокат должен быть предоставлен всякому, кто доставлен, например, в правоохранительные органы, по его требованию.

Но адвокат может стать участником уголовного судопроизводства в качестве защитника только после возбуждения уголовного дела и только после того, как лицо, чьи интересы он представляет, будет официально признано подозреваемым или обвиняемым.

Итак, термин «адвокат» в большей степени относится к сфере судоустройства, в то время как термин «защитник» чисто уголовно-процессуальная категория, отличная от таких понятий, как «уголовно-процессуальный представитель», «представитель» в гражданско-правовом смысле. Необходимо также отметить тот факт, что исторически в российской дореволюционной и советской литературе всегда было принято различать эти понятия в отличие от зарубежной юридической мысли. Поэтому возникает закономерный вопрос о целесообразности такого слияния понятий применительно к современной российской действительности.

В определённом смысле, как уже отмечалось ранее, смешиваются или даже отождествляются понятия «защитник» и «адвокат» и в УПК РФ в действующей его редакции.

Так, в соответствии с п. 4 ст.

49 УПК защитник допускается с момента объявления лицу, подозреваемому в совершении преступления, постановления о назначении судебно-психиатрической экспертизы.

Возникает вопрос — почему именно этой, а не других экспертиз? Но главное в том, что если это лицо уже наделено статусом подозреваемого, значит, именно с этого момента оно получает право на допуск защитника.

А разве не допускается возможность пользоваться услугами адвоката (но не защитника) в тех случаях, когда экспертиза назначается в отношении потерпевшего или свидетеля? В соответствии с п. 5 ст. 49 УПК РФ защитник допускается с момента осуществления иных процессуальный действий, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления. Приведенные ранее аргументы в полной мере относятся и к этим случаям.

И наконец, защитник допускается для защиты вовсе не известных УПК субъектов процессуальной деятельности — лица, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ. Вместе с тем, как уже отмечалось ранее уже не один раз, смешение понятий «защитник» и «адвокат» в уголовном процессе недопустимо. Именно так поступает законодатель, разграничивая эти понятия в ст.

162 УПК РФ. В п. 11 этой статьи указано, что при производстве обыска вправе присутствовать Очевидно, что в первом случае речь идет о производстве обыска у подозреваемого или обвиняемого (и тогда присутствует защитник), во втором же случае обыск производится у иных лиц, может быть вовсе не имеющих никакого отношения к преступлению, и тогда при производстве такого обыска присутствует адвокат (а не защитник).

Законодатель предусмотрел возможность присутствия адвоката также при производстве допроса свидетеля и обыска в помещении лица, не являющегося подозреваемым или обвиняемым. Представляется, что в соответствии с Конституцией РФ возможность присутствия адвоката должна быть предусмотрена УПК во всех случаях, когда происходит «вторжение» в сферу конституционных прав граждан вне зависимости от их процессуального статуса. 5. Адвокат, защищающий интересы лиц в дополнительных производствах (например, лиц в отношении которых рассматривается вопрос об условнодосрочном освобождении), также именуется адвокатом, но процессуальное положение его отличается от адвоката свидетеля и приближено к процессуальному статусу защитника обвиняемого [2, с.

72-73; 4, с. 58; 5, с. 196]. 1. Якимович Ю.К. Воронин О.В. Нужен ли защитник в современном уголовном процессе России: сб.

статей / под ред. Ю.К. Якимовича. Вып. 7. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2001. С 10-15. 3. Воронин О.В. Перспективы совершенствования существующих форм контроля за предварительным следствием // Законы России: опыт, анализ, практика.

2008. № 11. С. 19-22. 5. Воронин О.В.

О состязательности в производствах по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с исполнением приговора // Право на судебную защиту в уголовном процессе: европейские стандарты и российская практика: сб.

статей по материалам конференции (г. Томск, 20-22 сентября 2007 г.).

Томск: Изд-во Том. ун-та, 2007. С. 195-201. The lawyer in the criminal procedure defends the rights and interests of a suspect, the accused; a victim, a civil plaintiff; a witness or a convicted person. But the lawyer becomes a defender in the criminal procedure only when s/he protects the rights and interests of the suspect or the accused.

In this regard, it should be stated that the “defense” in the criminal procedure legislation of the Russian Federation is understood in a narrow sense: as defense against criminal prosecution. The need for defense arises from the initiation of criminal prosecution.

No prosecution, no defense. The end of criminal prosecution (the judgment of conviction enters into force) means the end of defense. Criminal prosecution cannot exist as an abstraction, it is always carried out in relation to a specific person. There can be no criminal prosecution until a criminal procedure has a suspect or an accused.

In the same way there can be no defense counsel in a criminal procedure until it involves a particular person as a suspect or an accused. Thus, one should not confuse “lawyer” as a person endowed with the status of a lawyer and “lawyer” (“defender”) as a member of a criminal procedure: the criminal procedural status of the latter is not univocal and depends on whose interests the lawyer represents (defends) in criminal proceedings in a particular case. 5. The lawyer protecting the interests of people in other proceedings (for instance, persons addressing the issue of parole) is also referred to as a lawyer.

1. Yakimovich Yu.K. & Voronin O.V.

(2001) Nuzhen li zashchitnik v sovremennom ugolovnom protsesse Rossii [Does one need a defender in the modern criminal trial of Russia]. In: Yakimovich, Yu.K. (ed.) Pravovye problemy ukrepleniya rossiyskoy gosudarstvennosti [Legal problems of strengthening Russian statehood]. Is. 7. Tomsk: Tomsk State University.

pp. 10-15. 2. Voronin O.V. (2011) On defence at the stage of enforcing a sentence. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Pravo — Tomsk State University Journal of Law.

2. pp. 64-73. (In Russian). 3.

Voronin O.V. (2008) Perspektivy sovershenstvovaniya sushchestvuyushchikh form kontrolya za predvaritel’nym sledstviem [Prospects of improving existing forms of control over the preliminary investigation].

Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika. 4. Voronin O.V. (2010) O sostyazatel’nosti v stadii ispolneniya prigovora [On competition in the stage of sentence execution]. Vestnik Rossiyskogo universiteta druzhby narodov.

Seriya: Yuridicheskie nauki — Peoples ’ Friendship University of Russia Bulletin.

Law Studies. 1. pp. 53-58. 5. Voronin O.V. (2007) [On competition in proceedings that address and resolve issues related to sentence execution].

Pravo na sudebnuyu zashchitu v ugolovnom protsesse: evropeyskie standarty i rossiyskaya praktika [Right to judicial protection in criminal proceedings: European standards and the Russian practice]. Proc. of the Conference. Tomsk, September 20th to September 22nd 2007.

Tomsk: Tomsk State University. pp. 195-201. (In Russian).

Источники: http://jursait.ru/polnomochii-yurista-70702/, http://mirznanii.com/a/29968/ponyatie-zashchitnik-i-advokat, http://avtoschit-penza.ru/otlichija-advokata-zaszitnika-ot-advokata-predstavitelja-71898/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *